Мефодий Веремьев: главный по холоду
Наш рассказ посвящен одному из создателей криогенного машиностроения, главному конструктору тагильского СЖБ-250 Мефодию Веремьеву. Всю невероятную сложность этой отрасли промышленности не могли представить даже самые смелые фантасты первой половины XX века.
Будущий инженер родился 2 июля 1914 года в семье крестьянина хутора Малахова Брянской области. С пятнадцати лет начал работать: сначала секретарем в сельсовете, затем литейщиком на небольшом предприятии в Мариуполе. После окончания машиностроительного техникума был направлен в Бежицкий институт транспортного машиностроения. В 1939 году поступил на Уралвагонзавод.
В то время в промышленности особо ценились практические работники, и Мефодию Веремьеву предложили должность мастера цеха платформ. Активность молодого специалиста не осталась без внимания, вскоре он был назначен старшим мастером конвейера, а в 1940 году – начальником отделения цеха платформ. Однако в конце года Веремьев переходит в конструкторский отдел. Неперспективная с карьерной точки зрения работа стала для него настоящим даром судьбы. Он попал в головное в СССР конструкторское бюро по разработке грузовых вагонов, которым руководил Дмитрий Лоренцо. Веремьев внес большой вклад в создание многоосных цельнометаллических вагонов, выпускавшихся затем на разных заводах страны.
От вагонов – к ракетам
С весны 1946 года в СССР вплотную занялись производством баллистических ракет. Постановлением правительства были образованы НИИ, конструкторские бюро и определены заводы – производители ракетной техники. В их числе в январе 1953 года оказался и Уралвагонзавод, которому была поручена разработка криогенных цистерн для перевозки жидкого кислорода (окислителя ракетного топлива).
На заводе спешно создаются две рабочие группы: конструкторов во главе с Веремьевым и технологов во главе с Трутневым. Испытания цистерны 21Н1 показали ее нетехнологичность для серийного производства, требовалось создать более совершенную конструкцию и технологии ее изготовления. По требованию Веремьева в составе металла криогенного сосуда было уменьшено содержание железа, что резко улучшило качество сварки. Созданная на Уралвагонзаводе технология стала большим шагом в развитии сварки цветных металлов. Мефодий Николаевич также принял участие в раз-работке методов контроля сварных швов и проверки герметичности криогенных сосудов.
Мефодии Веремьев
После решения ключевых задач, связанных с выбором материалов и подбором технологий, конструкторы под руководством Веремьева создали на базе изделия 21Н1 более работоспособную и надежную цистерну 8Г52. Она отличалась простотой конструкции, технологичностью и применением недефицитных материалов. Серийный выпуск новинки начался с октября 1953 года.
И родилось ОКБ-250
Цистерна 8Г52 стала точкой отсчета в становлении нового подразделения. 27 августа 1954 года Бармин и Королев утвердили техническое задание на разработку и изготовление средств для заправки ракеты Р-7 жидким кис-лородом и азотом. Затем они обратились в правительство СССР с просьбой о создании на УВЗ особого конструкторского бюро по криогенной технике и наземному стартовому оборудованию. ОКБ-250 было организовано 1 октября 1954 года, главным конструктором был назначен Мефодий Веремьев.
По воспоминаниям ветеранов, "работа была адовой" и... очень интересной. Смело используя как базу основные конструкторские решения цистерны 8Г52, криогенщики к весне 1957 года подготовили целый комплект транспортных заправочных средств: железнодорожный заправщик 8Г117 для заправки баков Р-7 жидким кислородом; дозаправщик 8Г118, предназначенный для постоянной подпитки баков ракеты до момента старта, чтобы компенсировать потери от испарения жидкого кислорода. Специальный агрегат 8Г128 был создан для заправки "семерки" жидким азотом.
Когда долгожданный старт стал аварийным, в неудаче пытались обвинить подвижные заправочные средства УВЗ. Веремьев убедительно опроверг все обвинения и дал гарантию на успешную работу подвижных заправочных средств при последующих пусках ракеты. После третьего триумфального запуска ракеты Р-7, доставившей на орбиту первый искусственный спутник Земли, не осталось и тени сомнения в профессионализме коллектива ОКБ-250. Королев лично внес фамилию Веремьева в список кандидатов на присуждение самой престижной награды СССР – Ленинской премии. После первого полета человека в космос Мефодий Николаевич был удостоен ордена Ленина. Руководство страны оценило вклад главного конструктора, коллектива ОКБ-250 и Уралвагонзавода в освоение космического пространства.
С 1959 года специалисты ОКБ-250 вплотную приступили к покорению вакуума. Веремьев настоял на предварительных исследованиях, доказавших, что создание железнодорожных цистерн с вакуумно-порошковой изоляцией – наиболее простой и рациональный способ решения проблемы испарения содержимого криогенных сосудов во время пути на космодром. Первые отечественные цистерны с порошково-вакуумной изоляцией (8Г512 и 8Г513) были разработаны в 1960 году и обеспечили доставку на космодромы криогенных жидкостей практически без потерь от испарения. Впервые в истории отечественной промышленности была обеспечена вакуумная герметичность сосудов больших объемов. Группа специалистов ОКБ-250 получила первое авторское свидетельство на изобретение за устройство цистерны 8Г513.
Эра космических полетов
Появление ракеты-носителя "Союз" потребовало реконструкции системы хранения и заправки жидкого кислорода и азота на космодроме Байконур. Веремьеву пришлось вступить в полемику со специалистами военного представительства, предлагавших изготовить аналоги заправщиков 8Г117 и дозаправщиков 8Г118, используемых при запусках "Востоков" и "Восходов", только заменить изоляцию на современную вакуумную. Однако главный конструктор ОКБ-25С) сумел обосновать эффективность создания стационарной системы заправки, которая обеспечивала длительное хранение жидких газов и не требовала сложных подготовительных работ по ее эксплуатации.
В 1965 году тагильские криогенщики стали участниками программы создания ракеты-носителя нового типа с высокими энергетическими и эксплуатационными характеристиками – "Протон". Потенциал ОКБ-25С) и криогенного производства Уралвагонзавода был задействован и в новой государственной программе облета Луны и высадки на нее космонавта – "Н1-ЛЗ". С 1966 года тагильчане работали над созданием комплекса средств доставки, хранения и заправки жидким кислородом и водородом особой чистоты лунного орбитального комплекса (ЛОК) РН "Н1-ЛЗ".
В 1968-1969 годах на Байконуре впервые было успешно испытано оборудование для хранения и заправки жидкого водорода – самого эффективного, но чрезвычайно взрывоопасного ракетного топлива. Но его транспортировка на космодром требовала создания особой железнодорожной цистерны, за разработку которой также взялся коллектив ОКБ-25С). Эта задача по сложности намного превосходила предыдущие: температура водорода лишь на 20 градусов выше абсолютного нуля, что требовало суперизоляции с более глубоким вакуумом. Начатая в том же 1966 году работа завершилась созданием железнодорожной цистерны ЖВЦ-100. В ней был осуществлен совершенный принцип изоляции – экранно-порошково-вакуумный.
Самой напряженной работой Мефодий Николаевич и его коллектив считали участие в программе ракетно-космической системы "Энергия-Буран". Хотя предписанный правительством объем проектирования и производства для Уральского конструкторского бюро машиностроения и Уралвагонзавода в указанные сроки был заведомо избыточен, Веремьев принял новый заказ с воодушевлением. С 1976 года заводчане создавали оборудование азотообеспечения универсального комплекса "стенд-старт" и стартового комплекса ракеты-носителя, систем хранения и заправки жидким водородом и кислородом корабля "Буран".
Веремьевские традиции
"Это энергичный, пробойный человек, непосредственно участвовавший во всех начинаниях, вносивший свою лепту в каждый проект, умевший поднять и мобилизовать коллектив. Он сохранял воинственность даже в тяжелые для него периоды обострения отношений с директорами, находил поддержку в министерстве и у таких корифеев, как Королев, Бармин, Глушко и других. Веремьев умел активно нападать и рьяно защищаться даже в неравных сражениях, он становился ярым и бескомпромиссным. А вот поздравить на торжественных сборах свой коллектив он не мог, у него дрожали губы, и глаза застилали слезы..." – вспоминал заместитель главного конструктора УКБМ Сац.
Созданная под руководством Мифодия Веремьева техника низких температур оказалась востребованной во всех космических программах Советского Союза, а криогенные цистерны и стартовые заправочные комплексы стали традиционной тагильской продукцией. Кроме того, была выполнена масса заказов, выходящих за рамки космических программ. Коллектив КБ участвовал в создании ядерного "щита" страны, разработав систему заправки и пусковую установку для боевой ракеты Р-9, энергетическую систему для особо мощных газодинамических лазеров, и, конечно, различные криогенные изделия для народного хозяйства страны.
Накопленный огромный опыт Мефодий Николаевич обобщил в диссертации "Разработка конструкции оборудования и технологии по транспортировке, хранению и применению криогенных продуктов, используемых в ракетно-космической технике". Ее успешная защита прошла 30 ноября 1979 года.
Конструкторское бюро, руководимое Веремьевым, и криогенное производство, прозванное в народе "Малой Землей Вагонки", превратились в центр научной и технической мысли, школу подготовки высококвалифицированных кадров. Накопленный потенциал стал базой для участия в отечественных космических программах конца XX и начала XXI веков.
Оксана СЕРЕБРЯКОВА, сотрудник Выставочного комплекса УВЗ.
ФОТО ИЗ АРХИВА МУЗЕЯ ИСТОРИИ.
Литература: Газета "Машиностроитель" от 05.07.2019, №25.