Приговор о сооружении храма

   Старые жители Нижнего Тагила в своих воспоминаниях сходятся на том, что еще в 1936 году в церкви Александра Невского шли службы, крестили младенцев, отпевали усопших. В 1937 году храм опустел, на дверях повесили замки. После войны от него остались стены, пустые оконные и дверные проемы. А уже в наше время хулиганы-подростки сожгли купола...

   Осенью 1988 года, спустя полвека, церковь передана общине верующих старой Гальянки. И сразу же начались работы по возрождению храме. 15 апреля 1989 года состоялось освящение церкви, которое совершил вместе с духовенством тагильской округи архиепископ Свердловский и Курганский Мелхиседек.

   В Нижнетагильской краеведческой библиотеке хранится брошюра, выпущенная в свет в 1878 году из Пермской типографии издательницы Никифоровой, - это “Историческая записка о строении в Нижнетагильском заводе Александро-Невской церкви в память освобождения Крестьян из крепостного состояния”. В книжечку вошли некоторые извлечения из Пермских Епархиальных ведомостей за тот же год.

   ...19 марта 1861 гора в Нижнетагильском Входоиерусалимском соборе (разрушен в начале тридцатых годов) был отслужен благодарственный молебен по случаю отмены крепостного права в России, уже 1 июня по предложению вольноотпущенного Дмитрия Петровича Шорина главноуправляющий заводами генерал-майор В.К. Рашет собрал в здании заводоуправления служащих и некоторых купцов из вольноотпущенных и предложил им к подписанию заранее составленный Шориным “приговор” о сооружении храма и образовании попечительского комитета из четырех человек. Сто сорок человек подписались под документом, возложив на Шорина высокую честь и обязанность хлопотать о сборе пожертвований. 24 ноября в Перми утверждена строительная комиссия, одобрившая план и фасад будущей церкви по проекту архитектора Гирста. 5 февраля 1862 года Синод благословил начало доброго дела - постройки храма на Вересовой горе, названной тогда же Александровской.

   Шорин был на редкость предприимчивым человеком, экономным строителем. Он с завидной храбростью взялся начать большое дело с капиталом всего в три тысячи рублей: жертвователи оказа-лись не так щедры, как мнилось.

   В первые два года было уложено в стены и свод храма около 600 тысяч кирпичей, и после этого была обнаружена кураторами некоторая недостаточность качества и прочности кладки. Подрядчику предложено сделать переделку, которая отнеслась на его личный счет, он понес убытки в две тысячи рублей, и это на целое лето замедлило постройку. Однако в 1869 году вся каменная работа была окончена в лучшем виде.

   Для успешного продолжения Строительства необходимо было организовать более энергичный сбор средств. Д.П. Шорин в своих записках отмечает, что старания частных лиц не дали ощутимых результатов - два сборщика в течение года, по данной им книжке от консистории, обходя значительные селения и ярмарки по Верхотурскому, Екатеринбургскому, Ирбитскому уездам собрали только 192 рубля 85 копеек, “употребив из них еще часть на содержание себя”.

   В 1871 году креме частных пожертвований работного люда была организована подписка по Нижнетагильской волости и решено: “...для усиления сумм, нужных на достройку церкви, обложить каждого годного работника не отяготительным сбором по 15 копеек серебром в год”. За шесть лет по пятнадцатикопеечной раскладке с 6700 годных работников было собрано пять с половиной тысяч рублей. Заводовладельцы пожертвовали 500 рублей на крышу и подарили на 400 рублей парчи на праздничные ризы.

   На завершение строительства поступили деньги и от жертвователей. В частности, упоминается некий А.А. Густомесов, воспитанник Выйского училища в Тагиле, но уже более 20 лет проживавший в Астрахани. Он сначала прислал Шорину 500 рублей и просил не разглашать его имени. Потом попросил Шорина, прислав ему доверенность, продать новый каменный дом в Тагиле, крытый железом, со службами за 1600 рублей и назначил вырученные деньги на благовестный колокол к новому храму. Кроме означенных сумм Густомесов переслал Шорину в разное время 1075 руб-лей и два персидских ковра.

   Александро-Невская церковь была освящено 6 декабря 1877 года. На ее строительство ушло 16 лет. Церковь удачно привязана к местности и поэтому издали казалась грандиозной со всех сторон. По фасаду она очень похожа на ту, что построена архитектором Кузьминым для русских в Париже, но по стоимости тагильская церковь вышла в 25 раз дешевле - в 43 тысячи рублей без малого, а парижская - в миллион.

О. ЛУЗЯНИНОВ.

 

Загадка А.А.Г.

    Д. Н. Мамин-Сибиряк писал, что 19 февраля 1861 года является "самым крупным и без сомнения выдающимся моментом в жизни Тагильских заводов, когда эти заводы с дарового крепостного труда должны были перейти на вольный труд за известную плату. Нужно отдать полную справедливость заводам, что они с честью вышли из своего критического положения..," - делает вывод писатель.

    Действительно, обнародование царского манифеста об отмене крепостного права прошло в Нижнем Тагиле без осложнений. Особой комиссией под председательством управляющего заводами В.К. Рашета документ этот был прочитан тагильчанам во Входо-Иерусалимском соборе, а затем на площади перед заводоуправлением. Там же кто-то подал мысль о создании на народные средства церкви во имя великого князя Александра Невского и в память освобождения крестьян из крепостного состояния. Для руководства строительством избрали попечительный комитет. С общего согласия его возглавил авторитетнейший из заводских служащих Дмитрий Петрович Шорин.

    Одним из первых, кто не словом, а делом живо откликнулся на выход манифеста, был неизвестный благотворитель, о котором священник Петр Ситников из Верхней Салды, писал: "Даритель этот, уроженец Верхне-Салдинского завода, по чувству любви и душевного влечения к родному месту из отдаленных стран поспешил приветствовать в 1861 году своих соотечественников с дарованною свободой и тогда же подарил храму нашему на неугасимую лампаду к иконе святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова", чьим именем называлась церковь. Вскоре от него же пришли деньги на выносную киоту святого апостола, вино и просфоры на год и несколько священных книг в награду лучшим ученикам Верхне-Салдинского училища.

    А в Нижнем Тагиле задуманное сооружение Александро-Невского храма затягивалось. Освящение места и закладку церкви довелось осуществить лишь в августе 1862 года - не было средств. Проводились подписка среди населения округа, рыночный, весовой и кружечный сборы, давшие несколько сот рублей. А по смете требовалось не менее 40 тысяч серебром.

    В.К. Рашет. понимая, что благое это намерение требует не только моральной, но и материальной поддержки, вносит в общий фонд свои 400 рублей, Павел Павлович Демидов дает тысячу. Но полученного мало - на один только иконостас требовались немалые деньги.

    А иконостас был задуман богатый, шестиярусный. Отделкой занимался художник Ф.Д. Топорков, он исполнил резные работы, вызолотил херувимов, звезды, царские врата, рамы около образов, колонны, карнизы и орнаменты. На иконостасе - изображение "всех дванадесяти и прочих икон, выражавших идею освобождения и благодарности Царю Освободителю."

    В нижнем ярусе изображены "Спаситель, вручающий апостолу Петру ключи от царства небесного, Богоматерь с Предвечным младенцем, как бы объемлющим вселенную, и святой благоверный великий князь Александр Невский на молитве, а за ним монахи...". Во втором ярусе можно было видеть Успение Пресвятой Богородицы, Введение во храм, Рождество Христово, Сретение Господне и кончину святого Александра Невского.

    В середине четвертого яруса взгляду открывались живописные картины: Воскресение Спасителя с надписью: "4 апреля 1866 года, в память первого избавления Царя-Освободителя (имеется в виду покушение на Александра II - авт.), затем помазание на царство царя Давида, Воздвижение Животворящего Креста, Крещение Спасителя, Преображение, Вход в Иерусалим и равноапостольные Владимир и Ольга - предки Александра Невского...". Над капителями колонн вензель "А. II."."

    Все образа в церкви выполнены тагильским живописцем и академиком В.П. Худояровым.

    Бесспорно, своей символикой и художественными особенностями такой иконостас мог производить на прихожан неизгладимое впечатление.

    И вот, когда велась кладка церковных стен, в мае 1867 года Д.П. Шорин получает перевод на сумму 500 рублей серебром от благотворителя, который тоже проживал в "дальних странах" и тоже пожелал в своих добрых деяниях остаться неизвестным. Дмитрию Петровичу он был, конечно, известен, но, следуя воле пожертвователя, не пожелавшего раскрыть свое имя до ухода на пенсию, в публикации о нем Шорин указывает только инициалы. Так в наследство нам досталась загадка А.А.Г

    Год спустя от него же в попечительский фонд Александро-Невской церкви поступают еще 1075 рублей и два персидских ковра...

    Одновременно церковь в Верхней Салде тоже получает от таинственного незнакомца подарок - "полную ризницу для священника и дьякона, покровцы святых тайн из моаре-глазета и затем еще 300 рублей серебром, на которые пославший просил сшить облачения для священнослужителей непременно к дню Пасхи". "Когда все это было сделано, - сообщает П. Ситников, -то в церкви прихожане увидели блестящие новые одежды, престол и жертвенники - все было в белом!". И к восторгу салдинцев, в 12 часов ночи в честь этого радостного события прогремели три пушечных выстрела из сигнальной пушки.

    Но вернемся в Нижний Тагил. Наконец пришло время, когда для церкви на Гальянке потребовался благовестный колокол. И все тот же загадочный А.А.Г. высылает Шорину доверенность на продажу своего каменного дома, "крытого железом и со службами", стоимостью в 3500 рублей. Благотворитель не торгуется и согласен продать этот дом в Тагиле за 1600 рублей, чтобы деньги пошли на отливку колокола.

    Кто же такой был этот А.А.Г. и чем он примечателен? Нет ли какой-нибудь связи между ним и анонимным благодетелем верхнесалдинской церкви, тем более, что свои дарения он осуществлял через посредство настоятеля Входо-Иерусалимского собора в Нижнем Тагиле Алексия Карпинского?

    В "Пермских Епархиальных ведомостях" находим донесения за 1861-1870-е годы по расходам на строительство храма на Гальянке. И выясняется, что деньги в сумме 1075 рублей подарил Андриан А. Густомесов, в прошлом выпускник Выйского училища, соученик Д.П. Шорина и, возможно, его ровесник. Давая деньги на отливку колокола, он просил сделать на нем надпись: "От служащих на заводах Павла Павловича Демидова в знак благодарности за воспитание в Выйском училище" - и предлагал Шорину пригласить к пожертвованиям других воспитанников этого учебного заведения.

    Тут уместно сказать несколько слов о самом училище. Оно ведет начало от Невьянской "цыфирной школы", открытой в 1702 году Демидовым по распоряжению Петра I и переведенной в 1758 году в Нижний Тагил. По месту расположения училище получило название от Выйского завода. Здесь преподавали Закон Божий, чтение церковной и гражданской печати, священную историю, российское право, российскую грамматику и начальные основы словесности. В учебную программу входили арифметика, геометрия, география, всеобщая и российская история, статистика, начальные основы физики, черчение, рисование, французский и английский языки, а также пение.

    В 1825 году в училище было 124 воспитанника, а в 1834 году - до 160. Наиболее способных выпускников направляли для совершенствования знаний за границу. Необходимый объем сведений по химии и минералогии во Фрейбурге получили Алексей Ерофеев, Василий Малышев и Ефим Коряков. Во Франции учились Василий Образцов, Антон Синяков и Павел Стеблов. В Англии на стажировке побывали Павел Мокеев, Николай Попов и другие. Это были технически грамотные специалисты, активно участвовавшие во внедрении на Нижнетагильских заводах машинной техники, в разработке проектов по использованию "теряющегося жара" медеплавильных печей и кричных горнов. Воспитанники училища А.П. Ерофеев, И.Я. Никерин и Н.О. Попов были потом тесно связаны по работе с механиками Е.А. и М.Е. Черепановыми.

    В "Алфавитный список служащих", направленных для обучения за границу, внесен и А.А. Густомесов, о котором сказано, что в 1834-1835 годах по окончании Выйского училища он получает должность писца-чертежника, служит помощником приказчика, смотрителем заставы и затем совершенствует свои знания в Англии. По возвращении на родину работает учителем английского языка в дорогом ему училище на Вые.

    Успехи в металлургии и машиностроении способствовали развитию обширных торговых связей Нижнего Тагила с Одессой, Казанью, Тулой, Таганрогом, Тюменью, Томском, Екатеринбургом и многими другими городами России - там жили и работали демидовские уполномоченные и комиссионеры. Вероятно, для контактов, с местной властью был направлен в Астрахань и А.А. Густомесов.

    Существенные штрихи к его родословной дают сведения о посещении Тагила Н.Н. Демидовым в 1806 году.

    Во время этого визита Николай Никитич обращает внимание заводской конторы на необходимость развития в округе земледелия и дает указание приказчику Ивану Григорьевичу Густомесову принять "все возможное усердие по сему предмету, занимать людей к землепашеству, которых он с общего согласия выберет, и тех, кои посланы будут из подмосковных вотчин, и чтоб сие распоряжение имело бы вящее действие". Заводовладелец велит ему разъяснять жителям пользу от картофеля и необходимость вести его посевы во всех заводах, обещает посевной материал выдавать безденежно, "а кто проявит активность, тот будет награжден кафтаном".

    Одновременно Демидов учреждает в Нижнем Тагиле школу живописи, о которой статистик начала XIX века В.П. Андросов пишет: заведение это предназначалось для "живописи на железе и лакирования железных вещей". Некий Г.С., составитель жизнеописания Акинфия Демидова, сообщает, что в этой школе обучалось 12 мальчиков. Современный искусствовед Б.В. Павловский приводит "полный список первых учеников", но их у него насчитывается только 9 человек, и в их числе назван Аврам Иванович Густомесов в возрасте 13 лет. Стало быть, он родился в 1793 году и, значит, мог быть сыном Ивана Григорьевича? Тому есть и косвенные доказательства.

    Сохранилась роспись по разделу имущества между родственниками И.Г. Густомесова, умершего в апреле 1850 года. В документе этом, написанном мирскими старостами, говорится, что прямых наследников у Ивана Григорьевича нет. Поэтому принадлежавшее ему имущество следует получить "вдове умершего сына его Абрама Ивановича - Авдотье Акакиевне, племяннику Ивану Васильевичу и Андриану Густомесовым". В росписи Андриан помечен как брат Ивана Григорьевича, хотя по разнице возрастов годится ему во внуки и вполне подходит в сыновья Абраму Ивановичу. Да ведь и отчество его фиксируется тем же Шориным как начинающееся с буквы "А".

    Разночтения в родственных отношениях Густомесовых могли создать мирские старосты, которые в документе о дележе имущества - по неграмотности или небрежности - Ивана Григорьевича называли то Гостумесовым, то Гостумецовым, сыну его Абраму дали фамилию Густумесова, а Ивана Васильевича и Андриана превратили в Гостомесовых. И нет ничего удивительного в том, что авторы росписи могли ошибочно назвать Андриана братом Ивана Григорьевича.

    Но как бы там ни было, Густомесов Андриан получает более значительную долю имущества и еще вдобавок "10 картин разных и портрет на холсте" на общую сумму 4 рубля 50 копеек ассигнациями. Авдотье Акакиевне достаются многие предметы домашнего обихода, два портрета на холсте и "один на железе".

    Такое обилие картин в частном владении у приказчика, не коллекционировавшего произведения живописи, приводит к мысли об их происхождении и возможном авторстве Авраама Ивановича Густомесова, который сам занимался живописью. Обращают на себя внимание и замечание статистика Андросова "о живописи на железе", производившейся в тагильской живописной школе, и портрет "на железе", полученный А.А. Густомесовой в наследство.

Сергей ГАНЬЖА.

Литература: Газета "Горный край" от 07.05.1998.

 

Церковь Святого Александра Невского

    Сегодня наш город без церкви Александра Невского, что находится на Старой Гальянке, и представить себе невозможно. Какое счастье, что его не разрушили в советское время!

    А ведь при тогдашних коммунистических руководителях такие мысли витали в воздухе. Вспоминаю, как в 80-е годы прошлого века мы - экскурсоводы, показывали жителям и гостям Тагила церковь А. Невского со словами: "В недалеком будущем в ней будет музей атеизма". Слава Богу, не сбылось.

    Церковь Александра Невского имеет уникальнейшую историю. Если почти все храмы в Нижнем Тагиле были построены на средства заводовладельцев Демидовых, то этот - на деньги простых тагильчан, предков многих из нас.

    "По причине худых сборов" церковь А. Невского строилась долго, почти 16 лет, с августа 1862 года по декабрь 1877 года. Но служащий Нижнетагильского завода Дмитрий Петрович Шорин, на которого возложили обязанность хлопотать о сборе пожертвований и о заготовлении материалов для церковного строения, сделал, казалось бы, невозможное. Он затратил на строительство церкви всего 32 тысячи 640 рублей, хотя, по САМОЙ дешевой оценке, его стоимость должна была составлять 43 тысячи рублей.

    В епархиальных журналах подробно описано, как Дмитрию Петровичу "на получение средств от волости и земской управы требовалось немало хлопот, а сбор частных пожертвований и вовсе не даром доставался попечителю. К каждому надобно было обращаться с убеждением и при благоприятных обстоятельствах, а к иному человеку по несколько раз сходить или съездить домой, другим - не однажды напомянуть".

    Шорин отправлял ходоков для сбора средств по близлежащим селениям и на ярмарки Верхотурского, Екатеринбургского, Ирбитского уездов, через уполномоченного заводовладельца выпросил у Демидова 500 рублей.

Прихожане восстанавливают храм. 1980-е годы

Прихожане восстанавливают храм. 1980-е годы

    Задолжал подрядчикам за каменные, малярные работы. Чтобы рассчитаться с ними, вынужден был брать деньги в долг у купца Волкова. Лес, доски, кирпичи просил пожертвовать у начальника Уральских заводов, а у заводовладельца - об отпуске чугуна для полов, меди для колоколов: "Ежели нельзя безденежно, то по крайности за фабричную цену".

    Отливка колоколов в то время обходилась дорого, однако Шорин договорился с попечителем Свято-Троицкой церкви Я. С. Колногоровым о продаже излишних колоколов с Троицкой звонницы и собственноручно переделывал иконостас.

Крестный ход

Крестный ход

    6 декабря 1877 года состоялось освящение храма, для которого архимандрит Израиль (к слову, уроженец Нижнего Тагила) из Санкт-Петербурга прислал образ благоверного А. Невского, освященный на раке русского князя.

    Церковь была построена в благодарность императору России Александру II - царю-освободителю крестьян от крепостной зависимости, поэтому ей и дали имя небесного покровителя царя - Святого Александра Невского.

    В епархиальных ведомостях за 1901 год имеется запись: "Церковь каменная, однопрестольная, башенной архитектуры, построена на добровольные пожертвования прихожан. Будучи расположена на высокой открытой горе, возвышается на 17 сажен от почвы, видна издалека и производит грандиозное впечатление. По фасаду она очень похожа на церковь, построенную архитектором Кузьминым для русских в столице Франции - Париже. Иконостас шестиярусный, иконы в нем живописной работы. На капителях колонн в иконостасе имеются щитики с вензелем "А II".

    За заслуги по духовному ведомству в Пермской епархии в начале июля 1880 года Д. П. Шорин был пожалован знаком отличия - награжден золотой медалью для ношения на груди на Станиславской ленте. Он умер в 90 лет и был похоронен в ограде выстроенного им храма на Вересовой горе, которую тогда же переименовали в Александровскую.

Молебен в разрушенном храме, 1980-е годы

Молебен в разрушенном храме, 1980-е годы

    В годы Гражданской войны в церкви укрывались бойцы Белой армии (красные - в башне на Лисьей горе), и во время одной из перестрелок она была пробита снарядами.

    Храм был закрыт постановлением Нижнетагильского горсовета от 20 мая 1939 года и постановлением Свердловского облисполкома от 10 марта 1940 года. Позже в нем планировали открыть то кинотеатр, то детский клуб, то детский сад.

    Верующие люди еще в сентябре 1955 года просили городские власти вернуть храм: "Все равно он стоит пустой. Мы желаем сами восстановить его". Горсовет отреагировал на эти обращения и... разместил в церкви на хранение мешки с дустом...

    Только в 1988 году, когда Россия праздновала 1000-летие Крещения на Руси, политика в стране по отношению к церкви изменилась. И ПЕРВЫМ храмом, который в Нижнем Тагиле вернули православной епархии, был именно храм Святого Александра Невского. Кстати, когда в том же 1988 году его стали восстанавливать, потомки бывшего старосты Свято-Троицкой церкви Зиновия Лебедева передали туда иконы, спасенные Зиновием Федуловичем во время ее разрушения в 1936 году (он погрузил их на телегу и увез домой).

    Недавно я позвонила отцу Геннадию (Ведерникову), настоятелю храма Александра Невского и благочинному Горнозаводского округа, и спросила о них. Он мне ответил, что старых икон ему тагильчане принесли очень немного. А те, что принадлежали Свято-Троицкой церкви - иконы Святой Троицы и Спаса Вседержителя, отец Геннадий, конечно же, вернул в родную обитель.

Ольга ЛАПИНА, экскурсовод-краевед

    Литература: Газета "Тагилка" от 25.03.2010, №6(90).

 

Хоть похоже на Россию, только все же не Россия

Храмы Александра Невского, тагильский и парижский, на самом деле не близнецы-братья

    Сегодня многие из тагильчан считают, что храм во имя Святого Благоверного князя Александра Невского в Нижнем Тагиле и Свято-Александро-Невский Кафедральный Собор, находящийся в столице Франции Париже на углу улиц Дарю (rue Daru) и Петра Великого (напротив ресторана "Петроград" в 8-м округе) и являющийся, наверное, самой известной православной церковью Русского Зарубежья в Западной Европе, были построены по одним чертежам.

Храм во имя Святого Благоверного князя Александра Невского в Нижнем Тагиле

Храм во имя Святого Благоверного князя Александра Невского в Нижнем Тагиле

    Дело в том, что визуально они между собой действительно очень похожи: внешний вид обоих выдержан в стиле константинопольского Софийского собора. Главный купол опирается на четыре столпа, и снаружи он покрыт восьмигранным шатром с главкой и крестом. По углам поставлены четыре башни-колокольни, также с шатровыми покрытиями и главками с крестами.

    Однако, как выясняется, храмы строили по проектам разных авторов, хотя оба эти сооружения были воздвигнуты примерно в одни и те же годы 19-го века.

    Так, например, как писал О. Лузянов в своей статье "Приговор о сооружении храма", 19 марта 1861 в Нижнем Тагиле на площади перед заводоуправлением, где собрались жители города, был оглашен царский манифест по отмене крепостного права. Там же кто-то из тагильчан высказал идею о постройке на народные средства церкви во имя великого князя Александра Невского и в память освобождения крестьян из крепостного состояния.

    1 июня того же года главноуправляющий заводами генерал-майор В. К. Рашет собрал в здании заводоуправления служащих и некоторых купцов из вольноотпущенных и предложил им к подписанию заранее составленный заводским служащим Д. П. Шориным "приговор" о сооружении храма и образовании попечительского комитета из четырех человек.

    24 ноября в Перми утвердили строительную комиссию, одобрившую план и фасад будущей церкви по проекту архитектора Нельсона Гирста, и на следующий год, а именно - 5 февраля 1862 Синод благословил начало доброго дела – постройки храма на Вересовой (Александровской) горе.

    По смете, на его возведение требовалось не менее 40 тысяч рублей серебром.

    Заводчик П.П. Демидов дал тысячу. В 1871 была организована подписка по Нижнетагильской волости и решено: "…для усиления сумм, нужных на достройку церкви, обложить каждого годного работника не отяготительным сбором по 15 копеек серебром в год". За шесть лет по пятнадцатикопеечной раскладке с 6700 работников было собрано пять с половиной тысяч рублей. Появился и жертвователь из "дальних стран", который был известен Шорину, но для прочих пожелал остаться неизвестным, скрываясь под инициалами "А. А. Г.". Сначала он передал 500 рублей, а затем, когда пришло время приобрести для церкви на Гальянке благовестный колокол, выслал Шорину доверенность на продажу своего каменного дома стоимостью 3500 рублей. Этим жертвователем оказался Андриан А. Густомесов, в прошлом выпускник Выйского училища, соученик Д.П. Шорина, уже более 20 лет проживавший в Астрахани. Давая деньги на отливку колокола, он просил сделать на нем надпись: "От служащих на заводах Павла Павловича Демидова в знак благодарности за воспитание в Выйском училище".

    Иконостас храма был задуман богатый, шестиярусный. Отделкой занимался художник Ф.Д. Топорков, выполнивший резные работы, золочение херувимов, звезд, царских врат, рам около образов, колонн, карнизов и орнаментов.

    На иконостасе было размещено изображение "всех двенадесяти и прочих икон, выражавших идею освобождения и благодарности Царю-Освободителю". В нижнем ярусе изображены "Спаситель, вручающий апостолу Петру ключи от царства небесного, Богоматерь с Предвечным младенцем, как бы объемлющим вселенную, и святой благоверный князь Александр Невский на молитве, а за ним монахи…"

    Во втором ярусе можно было видеть Успение Пресвятой Богородицы, Введение во храм, Рождество Христово, Сретение Господне и кончину Александра Невского.

    В середине четвертого яруса взгляду открывались живописные картины: Воскресение Спасителя с надписью: "4 апреля 1866 года, в память первого избавления Царя-Освободителя" (имеется в виду покушение на Александра II), затем помазание на царство царя Давида, Воздвижение Животворящего Креста, Крещение спасителя, Преображение, Вход в Иерусалим и равноапостольные Владимир и Ольга – предки Александра Невского…

    Все образы в церкви были выполнены тагильским живописцем В.П. Худояровым. Бесспорно, своей символикой и художественными особенностями такой иконостас производил на прихожан неизгладимое впечатление.

    Александро-Невская церковь была освящена 6 декабря 1877 года. На ее строительство ушло 16 лет. По стоимости тагильская церковь вышла в 25 раз дешевле парижского собора, упомянутого выше: 43 тысячи и миллион рублей, соответственно.

    Во время Гражданской войны храм сильно пострадал.

    Еще в 1936 г. в церкви Александра Невского шли службы, крестили младенцев, отпевали усопших. В 1937-м храм опустел, на дверях повесили замки, и совсем он был закрыт в 1940 году. Затем в нем сделал склад дуста.

    Осенью 1988 г. церковь была возвращена общине верующих старой Гальянки, начались работы по возрождению храма. Прихожане (в то время - в основном пенсионеры) своими руками с полов выгребали и собирали, а затем таскали дуст.

    Весной следующего года храм вновь был освящен и открыт для верующих.

    Еще в 1816 г. Государь Император Александр I издал указ "Об учреждении Церкви греко-российского исповедания при Миссии в Париже". Этот домовой храм открылся в 1820 г. и окормлял вместе с русскими проживавших во французской столице православных других национальностей (сербов, болгар, греков, валлахов).

    В 1856-м идею о создании более вместительного парижского храма начал претворять магистр богословия Санкт-Петербургской Духовной академии протоиерей Иосиф Васильев. Он хотел воздвигнуть церковь на общественные средства, что поддержал Государь Император Александр II, пожертвовавший 50 тысяч рублей. Такие же деньги дал Святейший Синод, и суммы начали поступать отовсюду. Не поскупились купцы нижегородской ярмарки, а греческий купец М. Бернадакис внес 100 тысяч франков.

    Участок земли для будущего Свято-Александро-Невского храма купили в 1857 году. Для создания проекта строительная комиссия обратилась к академику архитектуры, профессору, члену Парижской академии художеств Р. И. Кузьмину. Спроектированный Кузьминым храм возводил академик архитектуры И.В. Штром, известный как автор проекта Владимирского собора в Киеве.

    Закладка Свято-Александро-Невского храма состоялась в 1859 году. Освящали церковь 30 августа 1861 г. – на праздник Перенесения мощей святого благоверного великого князя Александра Невского. На торжестве при огромном стечении народа присутствовали чиновники парижской мэрии и специальный представитель Императора французов Наполеона III, а с русской стороны – посол граф П.Д. Киселев. Нижний храм собора освятили в честь Святой Живоначальной Троицы в 1863 г.

    Из-за внушительных размеров (длина и ширина храма – 28 метров, высота – 48 метров) и величественности храм, построенный из тесаного белого камня, называют Александро-Невским собором.

    В самом соборе находится много икон, вызывающих самые разнообразные чувства, мысли и воспоминания. Вот, например, потемневшая икона Божией Матери "Феодоровская" в серебряной ризе с драгоценными камнями - это список Феодоровской иконы 1289 года, сделанный художником Каменьщиковым в 1850 г. В собор он попал в 1866 г. А вот образ Вознесения Господня в позолоченной ризе и раме, с резной лампадой, являющийся даром Государя Императора Александра II и его супруги Марии Александровны: "В возблагодарение Господа за Святой Его Покров и Охранение в 25 день мая 1867 года" – день покушения поляка А. Березовского на жизнь русского Государя в Булонском лесу. По этому поводу Государь Александр II молился здесь 7 июня 1867 г. вместе с наследником Александром и Императрицей Марией Александровной. В этом же году тут побывали Император Франции Наполеон III с супругой и король Прусский Вильгельм I.

    Находится в храме и дар Российского Обще-Воинского Союза – икона Богоматери, именуемая "Скоропослушницей", установленная с позолоченной ризой в резном, из венгерского ореха киоте с надписью: "Вечная память Вождям и Воинам Христолюбивого Российского воинства, за честь и достоинство Отечества живот свой положивших и в рассеянии скончавшихся".

    Привлекает внимание икона с изображением Архистратига Михаила в ореховой резной раме, преподнесенная храму в память командира бойцов белой Дроздовской дивизии и украшенная изображением первого их знамени – морского Андреевского стяга. На образе надпись: "Вечная память доблестному военачальнику Михаилу Гордеевичу Дроздовскому и всем чинам". Икона размещается в так называемом "Дроздовском уголке", посвященном памяти генерала М.Г. Дроздовского и всех дроздовцев, скончавшихся на полях брани в России или умерших на чужбине. Именно в этом храме Святого Александра Невского отпевали многих известных белых воинов, служивших в дроздовских частях.

    Тут увидим и икону патриарха Московского и всея Руси новомученика святителя Тихона. Рядом же с ней другой образ: "Сия икона сооружена иждивением зарубежной Руси в молитвенную память по убиенном большевиками 20 ноября 1917 года последнем Главнокомандующем Русской Армии в войну 1914–1918 гг. Генерального штаба генерал-лейтенанте Николае Николаевиче Духонине".

    В храме находится киот с иконой Богоматери в память Российского воинства Императорской, Добровольческой и Русской армий. На другом киоте – книга, где перечислены имена убитых и скончавшихся от ран летчиков Российского воздушного флота. Есть киот с иконой, воздвигнутый в 1950 г. Общеказачьим союзом в память пребывания казаков на чужбине.

    Перед дверью в алтарь находится крест-памятник Святым Благоверным Царственным Мученикам, сооруженный Обществом ревнителей памяти Государя Императора Николая II под председательством полковника В.В. Свечина. Сам же Государь Николай Александрович молился здесь с Императрицей Александрой Федоровной 6 октября 1896 г.

    Следует отметить, что А.Н. Демидов пожертвовал собору напрестольное Евангелие в серебряном окладе, находящееся здесь и в настоящее время.

    В этом храме в разные годы отпевали многих российских знаменитостей: Ивана Тургенева, Фёдора Шаляпина, Константина Сомова, Василия Кандинского, Петра Струве, Ивана Шмелева, Ивана Бунина, Андрея Тарковского, Виктора Некрасова, Владимира Максимова, Булата Окуджаву.

    Под сводами этого собора 12 июля 1918 года Пабло Пикассо венчался с русской танцовщицей Ольгой Хохловой. Свидетелями были Жан Кокто, Макс Жакоб, Сергей Дягилев и Гийом Аполлинер.

* Свято-Александро-Невский кафедральный собор в Париже

Свято-Александро-Невский кафедральный собор в Париже

    Прихожанами собора Александра Невского являлись А.В. Кривошеин – сподвижник П.А. Столыпина по земельной реформе, со своими сыновьями Всеволодом (впоследствии ставшим архиепископом Брюссельским Василием) и Игорем; философ Б.П. Вышеславцев, религиозный мыслитель П.Н. Евдокимов, историк и публицист Г.П. Федотов. В Александро-Невской церкви в 1922 г. И.А. Бунин венчался с В.Н. Муромцевой. В 1925 г. здесь был крещен будущий церковный историк и богослов Иоанн Мейендорф.

    В 1981 г. французские власти признали собор историческим памятником и поставили его под охрану государства.

    В 2011 году большая группа русских художников провела 24 ноября в Париже аукцион своих работ с целью сбора средств для ремонта собора святого Александра Невского. Предшествовавшая аукциону выставка была посвящена 150-летию этого знаменитого православного храма Парижа, возвышающегося недалеко от Елисейских полей.

    Кроме этого собора, в Париже и его пригородах существует еще несколько православных церквей, построенных, главным образом, на средства эмигрантов, перебравшихся во Францию из России после Октябрьского переворота 1917 года. Большие православные приходы существуют в Ницце, Канне и других средиземноморских и альпийских курортах, которые еще в конце XIX были облюбованы российской знатью.

Михаил ЗОЛОТУХИН.

    Литература: Газета "Тагильский вариант", №10(59) от 22.03.2012.

 

Имена и письмена

    136 лет назад погожим сентябрьским днем в церковной ограде нового Александро-Невского храма в Запрудной части Нижнетагильска было весьма многолюдно. На первую Божественную литургию пришло более двух тысяч человек, хотя центральный придел церкви мог вместить не более 750.

    И это не было случайным стечением любопытствующего народа, ведь каждый житель заводского поселка внес в строительство этой церкви свою личную лепту. Даже 10-копеечный налог был введен во всех демидовских цехах и производствах в пользу народной стройки. Впоследствии именно эта мера помогла собрать нужную для завершения строительства сумму, в то время как кружки и взносы благотворителей составили лишь 30 процентов.

    До позднего вечера продолжалось торжество православия на Вересовой горе. При горящих свечах прямо на открытом воздухе были накрыты праздничные столы, и молитвенное богослужение плавно переходило в чествование тех, кто так или иначе был причастен к этому событию городского масштаба.

    Наверное, если бы тогда сказали всем этим людям, что через 100 лет здесь будет стоять разрушенный и опозоренный "осколок" всего этого великолепия, а их землякам-тагильчанам запретят здесь молиться и предложат использовать помещение храма под клуб или склад дуста, они бы не поверили такому ни за что на свете. Ведь эта красота была возведена по их соборному согласию и на их пожертвования. У какого врага рука поднимется разрушить все это?

    Однако прошло еще немало лет, пока у их потомков в двадцатом столетии появилась возможность высказать требование верующих о передаче им полуразрушенной Александро-Невской церкви. Нашлись и люди, готовые возродить эту попранную красоту. И неважно, что на первой литургии в оскверненном и закопченном храме в 1988 году стояло не больше сотни человек разного возраста. Зато сразу после молебна все они взяли в руки ведра и лопаты и пошли очищать от мусора загаженную территорию. Мария Семеновна Петрова, Мария Филипповна Панова, сестры Лидия Васильевна Лебедева и Александра Васильевна Шубенских, Нина Алексеевна Головко, Зинаида Леонидовна Крохина, Елена Ивановна Сапожникова как пришли сюда во время возрождения приходской жизни, так и трудятся здесь до сего дня, кто около подсвечников, кто в свечном ящике, кто на хорах или в качестве чтецов.

Первый городской Крестный ход

Первый городской Крестный ход

    Многих сейчас уже нет в живых, но память о них сохраняется в сердцах тех, кто начинал эту свою великую миссию. Например, Владимир Макарович Латышев – первый староста храма, для многих просто Макарыч. Он был незаменимым помощником всех священников и авторитетным советчиком новичкам-прозелитам, которые подчас не знали, как вести себя в храме. А вот Геннадия Даниловича Хомутова все помнят не иначе, как за рулем мощного церковного "Урала", который он сам и ремонтировал.

Храм Александра Невского с высоты птичьего полета    Или вот Андрей Политов. Этот молодой мужчина, большой эрудит и патриот своей страны, появился, когда шли внутренние работы по установке оконных рам, перекрытий и дверей. На 30-метровой высоте он висел на своем монтажном поясе, как настоящий скалолаз. И даже спас однажды настоятеля храма отца Геннадия Ведерникова, когда тот сорвался с установленных лесов. На первом городском Крестном ходе во имя иконы Державной Божией Матери, который был организован по инициативе Александро-Невской церкви, Андрей нес этот образ в окладе и, наверное, не предполагал, что скоро пострадает от несчастного бытового случая. Впрочем, многие старые прихожане до сих пор уверены, что случай тот был далеко не случаен.

    Добрым словом поминают в приходе Раису Николаевну Ермилову – эту "маленькую хозяйку большого колокола". В свое время именно она "выходила" по различным административным инстанциям разрешение на колокольный звон в Нижнем Тагиле. И когда на колокольне стараниями доброхотов появилась полная звонница, уже было кому звонить в большие и малые колокола. После Макарыча это делала Наташа Масленникова, тогда еще совсем юная девушка, а теперь мать шестерых детей. Ее мама Галина

    Степановна вместе с ней пела на клиросе, а впоследствии руководила церковным хором. Первым же регентом в Александро-Невском была Тамара Васильевна Третьякова, которая и кадры сама себе подбирала, и все службы не хуже любого батюшки знала.

    Заслуженный художник России Геннадий Александрович Горелов взялся тогда за роспись храма и образов для иконостаса. Вместе с резчиком-самоучкой Валентином Георгиевичем Тамбовцевым они реставрировали старинные царские врата, отданные в очень плохом состоянии. Их пришлось буквально собирать по частям, а некоторые детали делать заново. Для них же Геннадий Александрович отыскал в запасниках городского музея медальоны четырех апостолов-евангелистов и сделал с них прекрасные копии. А старые темные иконы в иконостасе расположил так, что при взгляде на них со стороны они явно складываются в большой православный крест. Свой след Геннадий Александрович оставил и в том, что научил золотить иконы и деревянные детали двух молодых девушек – Анну Гладкову и Татьяну Соченеву. Одна из них стала профессиональным художником, другая – женой священнослужителя.

    Теперь в храме Александра Невского есть иконы с мощами святого благоверного Великого Князя, а также Симеона Верхотурского; распятие с частицей Креста Господнего; чудотворный образ Божией Матери "Вратарница", освященный на Афоне; икона "Неупиваемая чаша", с которой совершается Всероссийский казачий ход и которая являет большое количество чудесной помощи Пресвятой Богородицы, когда к ней обращаются с молитвой. Это настоящие святые реликвии, ради которых люди идут в гальянский храм со всех концов города.

    Кстати, чугунный престол был возвращен в храм стараниями прихожанина Николая Афанасьевича Прокопьева. Это он нашел его на свалке и убедил директора музея Семенова, что его надо вернуть хозяину.

    А вот еще одна памятная, уже человеческая, реликвия – Анна Ивановна Плеханова, которая нынче почила в бозе. Но свой последний, 97-й день ангела, она отметила все же на посту возле панихидного стола, где долгие годы несла служение Господу. Ее сын, Павел Шпилев, человек нелегкой судьбы, но для храма, где матушка долгие годы отмаливала его у Бога, он единолично смонтировал ажурную ограду, а молодые прихожане Андрей Курило и Евгений Небольсин сложили прекрасную кирпичную арку при входе на территорию храма, которая теперь является его визитной карточкой.

    Екатерина Николаевна Миронова, для большинства прихожан просто баба Катя, была бессменным смотрителем праздничной (воскресной) иконы. И запомнилась не только ответственным отношением к церковным службам, но и своим детским простодушием и глубокой народной мудростью. Когда-то бывший мэр города Николай Наумович Диденко не решился передать церкви мраморное распятие Христа Спасителя, мотивируя это тем, что верующие не смогут обеспечить его благополучную доставку из музея в храм. Наша баба Катя сказала ему тогда не в бровь, а в глаз: "Ты, милай, Его только отпусти, Он сам к нам уйдет!".

    Не дали уйти. Правда, взамен распятия вернули редкий список с иконы Богородицы, где она указывает рукой на запад, откуда до сих пор идут на нашу Родину всевозможные напасти. Благодатная икона! Она как бы говорит: "Смотрите, люди русские, как опасно ходите!" Историю этой иконы нам поведала почетная гостья храма Ольга Николаевна Куликовская-Романова – вдова родного племянника царя мученика Николая II, когда ей первый раз разрешили приехать в девяностые годы в Россию. Казаки станицы Александра Невского тогда сопровождали ее на всем пути пребывания на уральской земле. В храме побывали и другие знаменитости: здесь пробовал свой удивительный бас Борис Штоколов, встречалась с прихожанами Жанна Бичевская. Он, как магнит, притягивал и притягивает к себе, и потому что виден издалека, и потому что до сих пор здесь можно встретить много незаурядных личностей и неравнодушных людей.

    Более 20 священников вышло из дверей его церковно-приходской школы. Закончив семинарию и академию, служат в Преображенском Морском соборе в Санкт-Петербурге отцы Павел Шуклин и Константин Кузьминых. Илья Сычёв, который никак не хотел играть роль Ирода в рождественском школьном спектакле, теперь московский батюшка. Дьякон Николай Боткин руководит концертным церковным хором и объездил с ним уже полмира. Его брат Александр Малых получил благословение у старца Николая Гурьянова, и первым храмом, порог которого он после этого переступил, была церковь на старой Гальянке. Теперь он настоятель Лайской церкви Марии Магдалины, а бывший певчий хора Александро-Невского храма Виктор Дроздов служит священником в селе Петрокаменское, и местные бабушки души в нем не чают. Многие тагильчане часто ездят на источники в Тарасково, а возглавляет там мужской Свято-Троицкий монастырь о. Алексий (Малетин), тоже выходец из храма Александра Невского. Любимец нашей тагильской команды на всех слетах трезвости, которые проходили в Челябинской области, Юрочка Кульчинский сейчас отец четверых детей и служит дьяконом в мужском Елизаветинском монастыре Екатеринбурга. Студент биофака Нижнетагильского пединститута Дмитрий Эппель тоже когда-то посещал занятия в ЦПШ, а теперь это самый вдумчивый и требовательный клирик нашего храма. Молодежный лидер прихода Яна Деминовских теперь регентствует в московском храме на Поклонной горе, недавно защитила кандидатскую диссертацию и родила прелестную дочку.

    Вот так, восстанавливая стены разрушенного храма, эти люди строили храмы своей души, да еще и души своих родных и близких просвещали светом Христовой истины.

    Все прозвучавшие имена участвовавших или участвующих в возрождении старейшего православного храма, каким является церковь во имя Святого Благоверного Великого Князя Александра Невского, наверное, уже внесены в письмена вечной Книги жизни. Это простые православные люди, как и те, что когда-то в другом веке возвели на свои деньги прекрасный памятник истории и веры. Соединяя времена, мои земляки продолжают дело наших предшественников в борьбе за души и нравы, за Божью красоту, которая спасет мир.

Людмила ГЛАДКОВА.

    Фото из архива храма

    Литература: Газета "Тагильский вариант" №12(107) от 04.04.2013.

 

Свет над городом

Храм Александра Невского

    Храм во имя Святого Благоверного Великого Князя Александра Невского в Нижнем Тагиле был заложен в 1862 году по случаю отмены крепостного права. Назван в честь Александра Невского - небесного покровителя Александра II. Собор освящен в 1871. Строился он на народные деньги, на Вересовой горе. Горы у нас – это выход коренных пород. Для того чтобы воздвигнуть храм, пришлось взрывать скалу. Пол в храме был выстлан чугунными плахами с Гороблагодатского завода. Собор был рассчитан на века. Поэтому относительно благополучно пережил десятилетия советского безверия, хотя и пребывал долгое время в запустении.

    Ключевая роль в возрождении храма принадлежит отцу Геннадию, который и является в нем настоятелем. Собор как бы парит над городом, он виден практически из любой точки Нижнего Тагила. Звон его колоколов усиливает зеркало пруда как мощная акустическая система. Это не механическая мощь децибел, а тот высокий звон, который резонирует с человеческой душой.

    С недавних пор, опять же благодаря настоятелю и специалистам, которых он пригласил, жители Нижнего Тагила ежевечерне могут наблюдать рукотворное чудо. Стоит сумеркам опуститься на город, как в южной части небосвода начинает светиться собор Александра Невского. Поскольку храм стоит на горе, создается иллюзия его небесного местоположения. Подсветка создает объем архитектурным деталям, а блики на шатровых куполах создают ощущение их изумрудной прозрачности.

    Собор в полном смысле слова парит над городом.

    Храм Александра невского – наша общая свеча.

Валерий КЛИМЦЕВ.

    Фото Тимофея ДУБИНИНА.

    Литература: Газета "Тагильский вариант" №33(128) от 10.10.2013.

 

 

Главная страница